Виталий  Раздольский

 

                                СТРАНА   ПЕЙЗАЖЕЙ

                                                                          С к а з к а

  

 Первым сказочные пейзажи этой страны воспел в своё время Салтыков-Щедрин в «Истории одного города». С тех пор многие ещё пытались. вслед за классиком, проникнуться и воссоздать. Самые шустрые брались!.. Не тут-то было!..

Очень уж пейзажи эти… как бы поделикатнее?.. своеобычны. Так и осталась она с тех пор невоспетой, широко раскинувшаяся Нордалузия. Как и прежде славится она своим настоящим , гордится своим прошлым.

 А вот с техническим прогрессом случилась тут неувязка. Как-то не сложилось. То есть по началу шло, как у всех. Народилось достаточно своих технаристов-инженеристов, на смену шатрам и хижинам пришли города со всеми удобствами. При этом однако  уцелело множество трубочистов, кочегаров, виртуозов плести лапти, крыть матом и других мастеров серпа и молота.

 Ну, своеобразная страна во всех направлениях.

 Нашлось среди нордалузцев немало и вполне просвещённых, готовых упиваться лаптями даже на фоне всеобщего недоедания.

На  деликатные вопросы иноземцев, - «на хрена вам  сдались лапти при наличии в гардеробе  штиблет» ?.. просвещённые ссылались на некий «особый путь», по которому, якобы, только в лаптях и дошагаешь.

 Понятно, что в современных городах со всеми удобствами профессии трубочистов, кочегаров и виртуозов плести лапти оказались не востребованы. И сколько не гордись собой, напирая на «свою особенную стать», процессы пищеварения никто ещё не отменял.  И будучи. как все прочие , людьми  прожорливыми, семейными, обременёнными детишками, нордалузцы, оказавшись  без средств к существованию, забурлили, сплотились и вышли на улицы  под лозунгом – «А паразиты – никогда»!

В  стране густо запахло революцией. А подобные запахи в нордалузских широтах,- это то. чего не пожелаешь и злейшему своему недругу.

К счастью, в стране как раз подоспела демократия. В избранники прорвался лидер профсоюза трубочистов Квакин. Он в два счёта решил проблемы «социальной справедливости». Обеспечил всех трубочистов и мастеров серпа и молота пособием по безработице равным их прошлым заработкам. И на детишек – особо. На всё время пока трубочисты не овладеют новыми профессиями, востребованными в современном общежитии.

Понятно, что никто из пособистов не собирался «овладевать профессиями», пока худо-бедно  можно было продержаться и в трубочистах.

Некоторое время удавалось поддерживать пропитание трудящихся масс развернув бешенную торговлю пейзажами. Во многих странах, где с пейзажами было скудновато, охотно закупали нордалузскую натуру. Рано или поздно однако, должно было случиться и такое, что спрос на пейзажи покатился вниз . Кое-где поодаль стало не до пейзажей.

 Квакин к этому моменту счёл за лучшее спихнуть президентство лидеру профсоюза  дрессировщиков Дятлову. С ним во власть пришёл хорошо сплочённый коллектив мастеров манежа. Со своей программой и афишей, клоунами и жокеями, дзюдоистами и фокусниками. Эти хорошо обосновались и обустроились.

Хорошо обустроились при виртуозах арены и церковные иерархи. Своё проживание в сытости и роскоши  назвали они «подвигом благочестия». Якобы, взвалив на себя тяжкую ношу житейских радостей, они обеспечивают всем прочим святым отцам и их пастве пребывание в молитвенном радении.

Так бы оно ещё и ладилось. Если бы технаристы-инженеристы,  которые некоторое время держали на прокорме мастеров манежа и  «отцов благочестия» вместе со всем Отечеством, не  рванулись бы вдруг в бега.

Догадавшись вдруг ненароком, что страна при таком цирковом балансе либо вот-вот загнётся, либо взорвётся под бременем социальной справедливости. Осознав, что ждать нечего. Поскольку детишки трубочистов  прицелились оставаться в пожизненных трубочистах, а  детишки мастеров манежа  загорают на пляжах поодаль от родных пейзажей…Примерив всё это на свой деловой бюджет, метнулись кормильцы прочь, в те широты, где социальной справедливости поменьше, но с пищеварением полегче.

Некоторое время завороженные зрелищем нордалузцы забывали о насущном. А когда вспомнили, Дятлов открыл им глаза  на первопричину потери спроса на пейзажи на мировом рынке.

- Люто ненавидит нас вся эта закордонная сволочь и  гадит нам во всех направлениях. Одно спасение -  готовиться к схватке не на жизнь, а не смерть со всей „закулисой.“

Это хорошо легло на сердца мастеров серпа и молота и оголодавших  виртуозов плести лапти.

  - Заживо душат, гады! Завидуют нашей пейзажности!..

 Тут уж запахло на миру большим вселенским мордобоем. Завистники струхнули. Спрос на пейзажи оживился. Пригляделись: Откуда же угроза?.. Трубочист! Верхом то ли на верблюде, то ли на супер-бомбе. И успокоились, дескать, трубочист – он и на супер-верблюде трубочист.

 И  совершенно напрасно! Ибо, - хотя трубочист на супер-верблюде персона курьёзная, но сотворить вселенскую дурь для матушки-Земли, с дуру или по отчаянности,, - это он может запросто.

Поскольку к любой приличной сказке прилагается счастливый конец, остаётся только надеяться. что мастерам манежа  хватит благочестия не завершать цирковое представление похоронной сюитой. 

Дополнительная информация