Ханс Арп

 

 

Вест-остные розы

 

1

 

  розы распинаются на шляпах. губы

роз летят прочь.

  кровавые органы капают на видимый

трон наполовинувыросшего вест-

остного камня и на белые мёртвые

головы.

  три бритых лета и три бритых креста

ковыляют качаясь прочь как май на

костылях.

  лироплоть повествует о кровавых бойнях

против оволосатевших камней. лироплоть

палит ядопеной каменными костылями

окровавленными носами оволосатевшими

камнями против бритых мёртвых голов.

 

2

 

  лироплоть капает кровью на белые над-

рубашечники как в неупакованной бойне

и бросает свои три снежка за свои три лета.

  из реторт катят мёртвые головы роз.

  губы шляп приходят назад на костылях.

  перчатки распяты на шляпах.

  кресты облокачиваются друг на друга

как половина мужчины от жениха на

другую от жениха половину мужчины.

 

3

 

  лироплоть повествует пенноноворождённой

о наполовинувыросшем вест-остном камне

коий во плоти и при душе сидит на видимом

троне и о вагошеих и вагоносых кои кровавые

части против мая бросают.

  тут палит пенноноворождённая ядоакцентными

птицами против осигнатуренных органов лиро-

плоти вешает себе било на комом слепленные

крылья и летит прочь к окрылённым словам.

 

  крылья бреют оволосатевшие сердца.

  кусочек воздуха шатается и взывает qui vive.

  так это ходит вверх и вниз как в письме.

 

4

 

  это звенит в сердцах.

  пенноноворождённая упаковывает белый

воздух мая в снегописьмо.

  наполовинувыросший вест-остный камень

бросает три свои перчатки за три шляпы и

вешается  на розах.

  лироплоть бреет свое бойнебило.

  окрылённые розы летят к снеголире.

 

в бугорке из стекла поёт сладостный голос

 

  становились всё больше пустые пространства

в мраморных гнёздах

  и когда наконец они были выросшими

благоухали они как цветы

  и были охапками что перегружены золотом

собраны

  охапки несли их к розовокрасным ново-

рождённым

  кои лежали на змеистых дорогах

  и прозрачных змеях

  и отбрасывали тени слышимые в видимое

 

*

 

  большие тьфу встают со своих сидений

  и теснят малые молнии в щели воздуха

  большие молнии разносят маленьких тьфу

  тьфу и молнии летят кувырком сквозь

друг друга

 

*

 

  в бугорке из стекла поёт сладостный голос

  но никого в бугорке не увидеть

  хоть ни одной  глухонемой в нём песчинки

  палитры с носами лежат на чёрных перьях

  и внимательно слушают голос

  облака с забинтованными глазами приближаются

в любопытстве

  палитры с носами дают им знак не мешать

 

*

 

  запятые и точки прыгают в шляпы лобзаний

  и так ускользают от щетины весны

  коя неистовствуя под зеленоморскими

прогулочными тростями

  звёздномилующихся

  легкоофартученных пирамид

  выквакивает кукареку как слон

  и му как бабочка вылаевает

 

 

четыре пуговицы две дыры четыре метлы

 

1

 

   во впалощёком пространстве паузы

катят огнеупорные позолоченные приманки

по бесконкурентным красноречия лестницам

вниз

   katafalken (ката соколы) и ката воробушки

ложатся в их чохогробы

   столы следуют стульям как самцы самкам

   и то что над столами и стульями парит

в облике прощай-облака

    проясняет связанной речью как безнадёжное

положение дел

 

    дороги следуют стрелам как самцы самкам

    чёрный нож врезается так глубоко в наши

эпистолярные кольцеринги

    что к примеру стулонога восстает снаружи

    в лучшем случае тикает это ешё немного

    и раздается один или два раза овация

   молнии кучерствуют на хлевослепых кукло-

каретах

   кто пройдоха даёт себя распять

   так как сам цезарь своё bravo на бельевой

верёвке вешает

   и успокаивает наполеонову шляпу свою

 

2

 

   мой стол падает на спину и простирает

четыре ноги

 

   из-под моей кровати выступает вперёд

одна из моих туфель

   о ты примета бессмысленной деятельности

   о ты полновопельногнилостный лебедь

   где заблудился твой брат в насаждениях

помешательства

   в угловом тропике моей комнаты грезит он

бежать бежать

   он несёт своего подкаблучника как

конь всадника.

 

   тут же есть и сия пуговица подмастерья

другого

   уже с месяцы лежит она на одном месте

мудро

   она божественный пуп

   я хочу воздвигнуть ей пирамиду

 

   мои уши в моей кровати ещё спят

   они вслушиваются в бесконечное

   моя кровать серебристая рыба

 

3

 

   из семи ножей два обрушиваются на

свет

   жадно они прорезают две краекруглых

дыры в зерне света

   из двух дыр выпадают четыре пуговицы

две дыры четыре метлы

   если дыры из дыр выпадают

   прыгают с гор пуговицы

   не дают стола ящики больше себя открывать

   остаются стоять поезда

   то же часы крылья мельниц посохи

 

   это были семь ножей

   из них два на свет обрушились

   но где остаются оставшихся пять

   видел кто-то пять ножей оставшихся

   никто же не видел пяти оставшихся ножей

   на моём столе из вкрутую сваренного

грома

   взбухают перцожилы и огнесоски-боро-

давки в правом гневе

   мой ток из стулоног

светит оттуда на никогданесвидеться

спешит чтобы хотеть

   мой дом из мышиных хвостов

   виляет всеми его хвостами от

замешательства

   никто же не видел пяти оставшихся ножей

   быть может их проглотил царственный гость

   или они преследуют древокультеступню

мумию или пчелокозла

 

4

 

   носит шляпа шляпу

   прикрывает себя шляпа пред шляпой

   она приветствует вас и спрашивает о

дороге коя ведёт к глазам

   глаза говорят друг с другом как зёрна

на волнах

   они хотят тянуться с деревьев

   прежде чем крылья листья представят

   свет миром бежит взад и вперёд

   меж шеренг времени

 

   душа кричит во всеоружии

   когти крепко держат корни огня

   у пламён нет имён

   у каждого пламени пять пальцев

   длани трогают в небе крыла

   они приветствуют вас и спрашивают о

дороге коя ведёт к губам

 

   моё имя огонь

   моё имя свет

   моя шляпа волны

   я приветствую зёрна деревья крылья

когти

   зёрна змей шёлковые слова

   шёлковые слова бегут лишь предваряя

   как сказки без тумана кои свой посох

забыли

   без посоха нет груди

   без груди нет зубов

   волос к волосу и шляпа к шляпе

   шляпу долой перед шляпой

   перед шляпой открыть глаза

 

сказки

 

неуязвиморогатые бочки

вносят босое эхо.

в бездонном

чихают эфирочасы.

празднично это шумит в султане.

инквизиционные змеи

поют в дисканте.

гипоманийные жабы

прошлёпывают через сливовый джем.

 

*

 

хлещет плеть из огня

анималистов мячи прыгают на

присборенногорностаевые луга.

на самом верхнем побеге воздуха

сидит приручённое яйцо

кое выламывается

в нежелающем кончиться vivats.

 

*

 

волнится море из перьев.

волнится радости волнами.

это щебечет грает свистит токует трелит

вкруг трона звезды.

 

*

 

лучше я не покажу тебе ничего

в моих голубонебесных глазах

чем дать тебе на это ответ.

лучше я возьму телоохранную шерсть

из дырозатычки моей срамостремянки

мономанийный firmamentовладелец.

 

*

 

затем побредёт это сквозь волновые леса

через олиственные моря

флюоресцентными взглянет

мёртвыми головами из наших свищей

и карапузов облает.

 

*

 

между тем странствует на

шнуропрямом просёлке

шнуропрямо червь к горизонту.

по законам перспективы

должен  червь становиться всё меньше

и наконец исчезнуть

но наш червь становится больше

чем отдаляется больше

всё больше больше и больше

и заполняет

всё мировое пространство наконец.

 

*

 

вмететянущие соловьи

тянут проклитиколунно приамовы

эли

в высокогрудой летней ночи.

два выдоенных героя

шагают вздыхая

по вздохомосту.

два червя

с льняными волнистыми локонами

следуют им в костюме адама

и говорят двум героям:

позвольте нам вас сопровождать

позвольте нам с вами идти на панель

на тире

на стержневой штрих

на штрих штрихов

с линейкою или без.

напомаженные шары кеглей

идут сквозь тряпки.

игральнокостевидные звёзды

пушат перья

как если б  хотели

abc

бесхерр- и бездамной плоти

предаться во власть.

 

Перевел с немецкого Алишер Киямов