Вера Корчак

 

“Да не потонет личность человеческая…”

 

отклик читателя на книгу Владимира Батшева

 “Мой литературный календарь”

 

                                                                         

          “Литературный календарь” в течение многих лет был постоянной - и одной из моих самых любимых - рубрик журнала “Литературный европеец”. Практически в каждом номере ему отводилось несколько страничек. Теперь все эти странички собраны автором под одной обложкой в недавно выпущенном двухтомнике “Мой литературный календарь”. Лишенный неизбежной журнальной фрагментации, этот замечательный труд производит ошеломляющее впечатление: это - летопись всего тоталитарного ХХ века, хроника систематического уничтожения интеллигенции в СССР, грозное напоминание нашим современникам о том, как тоталитарная власть уничтожает личность. Поражает скурпулезность и объем проделанного автором труда. Это - написанный прекрасным языком и тщательно документированный анализ эпохи. Эта книга должна быть в библиотеке каждого университета, имеющего кафедру русской литературы, советологии и истории СССР.  Хочется надеяться, что она будет переведена на иностранные языки.

В книге собраны и организованы по месяцам (все-таки календарь!) материалы о литераторах, писателях, поэтах, литературных критиках, а также о различных событиях, так или иначе связанных с литературным миром. Сразу же поражает (и даже сражает на месте) тот факт, что большинство поэтов, писателей, публицистов умирали либо в лагерях, либо за границей (куда бежали самостоятельно, “спасаясь от наступающих коммунистических орд”, или высылались насильно). Мы это как бы и раньше знали, но когда вся эта информация собрана в одном месте, она действительно, “сражает на месте”.  Да уж, не берегла власть свои таланты. И не могла беречь - ведь свободная творческая независимая личность самим фактом своего существования угрожала этой власти. Поэтому ее надо было либо изгнать из страны, либо уничтожить, либо превратить в холуя и раба. И то, и другое, и третье прекрасно проиллюстрировано в книге Батшева.  

Вот на первых же страницах книги перед нами предстает публицист, ученый и общественный деятель русского зарубежья Иван Алексеевич Курганов. Курганов, оказывается, первым подсчитал число людей, уничтоженных советской властью: 110,7 миллионов!!! Этот интересный факт (как и много других потрясающих фактов) мы узнаем из книги Батшева. Скончался Курганов в США. Сразу вслед за Кургановым идет писатель Виктор Кин. Он, оказывается, переписал за Н. Островского его “беспомощное” произведение “Рожденные бурей” (такое вот задание было ему дано по партийной линии). Этот расстрелян в лубянском подвале в 1937 г. Был коммунистом. Впрочем, отмечает Батшев, “никого не оговорил и не дал никаких показаний”. В отличие от многих других, ставших “литературными генералами, променяв талант на паёк и дачу” (это - о Федине, Вс. Иванове, да и многих других). За Кином следует Рыбаков (автор “Кортика” и других детских книг, а также “Детей Арбата”). Скончался в США. За ним - Осип Мандельштам. Умер в лагере от голода в 1938 г. Через пару страниц - историк и публицист Евгений Колосов, бывший эсер, писал книги о народовольчестве; расстрелян в 1937. Еще через несколько страниц - краткий, но исчерпывающий анализ творчества Варлама Шаламова. Шаламову удалось дожить до “чугунной брежневской эпохи”, но в 1982 г. его помещают “в больницу для психохроников, где 18 января его настигает и освобождает смерть. Лагерь не пожелал выпустить своего многолетнего узника”. Тут я хочу перескочить на несколько десятков страниц вперед (в февраль) и обратиться к статье о поэте Данииле Хармсе, тоже умершем на тюремной койке (в 1942). Передаю слово автору (с.67): “Он (Хармс) жил как поэт и умер как поэт. Уточним - он умер, как умирают поэты в Советском Союзе - на тюремной койке.” Да уж… Кто-то когда-то сказал, что в России опаснее всего быть поэтом или писателем.  А вот в нормальных странах, например, в США, самыми опасными являются профессии полицейского и пожарника.

Но вернемся к январю. За Шаламовым следуют поэтесса Мэри Визи (Мария Туркова) - скончалась в США; публицист Владимир Поремский, основатель науки синергетики - скончался во Франкфурте, Замятин - в Париже, историк Пушкарев - в США… Поэт Кульчицкий, погибший на войне в 1943 в возрасте 24 лет. Был очень талантлив и мог бы вырасти в замечательного поэта, - отмечает Батшев. Не успел, оказался одним из многих “...молодых людей, которые мечтали о мировой революции, а погибли в куче пушечного мяса, брошенного одним людоедом в пасть другого.” (с.41). Вот так тоталитарная власть обрабатывала свой народ, выжимая из него все человеческое и все творческое, уничтожая или выбрасывая безнадежных и превращая остальных в безликое и безвольное стадо. И это - еще только январь. Далее - в том же духе, интереснейшая информация о известных и неизвестных героях прошлого, многим их которых Батшев дает на страницах своей книги слово, цитируя их стихотворения или выдержки из публикаций…   В книге не только информация, но и интересные, яркие, острые, а зачастую и эмоциональные комментарии Батшева. Книгу эту читаешь медленно, то и дело возвращаясь к уже прочитанному, делая пометки, останавливась, задумываясь. 

           В книге много интересных и просто потрясающих фактов советской истории. Вот  только январское: мы узнаем о том, как рождался соцреализм (это - в статье о писателе Феоктисте Березовском, который тем и “прославился”, что первым поддержал введенное Сталиным понятие “социалистический реализм”) и о том, что цензура в СССР была окончательно введена в 1923 году (а казалось - гораздо позже!). Именно тогда был создан комитет по контролю за зрелищами и репертуаром (Главрепертком). Слово самиздат было впервые введено поэтом Н. Глазковым, а первый  “литературный процесс” после окончания тирании Сталина был, оказывается, не над Даниэлем и Синявским в 1966 г. (как принято считать), а над Кириллом Косцинским тремя годами раньше; за ним последовал процесс над Иосифом Бродским. Кстати, из статьи о писательнице Ф.А. Вигдоровой (это уже в марте - как я ни хотела ограничиться январем, приходится выходить за его пределы) узнаём, что она стала известна не своими книгами для детей и юношества, а тем, что в 1964 году сделала стенографическую запись судебного процесса над Бродским. Запись эта получила широкое распространение как в самиздате, так и за рубежом, пролив свет на беззакония, творимые коммунистическим режимом. С именем  Вигдоровой мы встречаемся еще раз, в статье о Бродском (май). В этой статье Батшев приводит документ под названием “Записка КГБ в ЦК КПСС о процессе над И.Бродским” (с грифом “секретно”, конечно), авторы которого сетуют, что из-за сделанной Вигдоровой стенограммы дело “тунеядца” Бродского обросло кривотолками, слухами, стало широко известно буржуазной прессе и вызвало ненужный резонанс.  Да уж, тираническая власть света не любит. Из статьи о Бродском мы, кстати, узнаем и о том, что он был первым поэтом в СССР, сосланным за “тунеядство”, а вторым, оказывается, был сам Владимир Семенович Батшев!

          Узнаём много нового и о тамиздате. Издательство Посев было, оказывается, создано в лагере перемещенных лиц в Германии в 1946 году (с.92). Впервые в СССР в Москве это издательство - вместе с журналом “Грани” - было представлено во время второй оттепели (или “перестройки” - называйте, как хотите) в январе 1990 г. никем иным, как самим В. Батшевым. Именно в этот день, по Батшеву, и было прорвана блокада вокруг русских зарубежных изданий.

Январь богат и другими событиями. Это и суд над Владимиром Буковским (1972), и развертывание травли Алекандра Солженицына (1974), и ссылка Андрея Сахарова с женой Еленой Боннер в Горький (1980), и мужественная акция двух итальянских студентов, приковавших себя наручниками к перилам в ЦУМе и разбрасывающих в переполненном магазине копии открытого письма Косыгину с просьбой об освобождении Григоренко, Левитина-Краснова, Горбаневской и Галанскова (17 янв. 1970). За этой акцией на следующий же день последовала другая - теперь уже бельгийского студента, который тоже приковал себя наручниками к перилам балкона в театре оперетты и распространял листовки с открытым письмом к Шостаковичу с просьбой поддержать преследуемых за убеждения в СССР. А четырьмя днями позже - еще одна подобная акция, теперь уже в Ленинграде, проведенная 23-летним норвежцем, членом норвежского камитета СМОГ (об обществе СМОГ, которое, кстати, тоже было создано в январе (1965) - отдельная статья на с.50).

В книге приводится текст передовицы из лондонской газеты “Дейли Телеграф” от 20 января 1970 г. с описанием акции протеста итальянских студентов. В ней, в частности, говорится: “В отличие от наших шумливых демонстрантов, эти трое выступали против подлинной тирании, беззаконной и жестокой, готовой на удар ответить ударом…” Невольно возникает мысль: ну, а сегодняшняя западная молодежь, какова она? Выступила бы против тирании? Ответ неутешителен: увы, кроме нытья, жалоб и требований обеспечить ей “безопасные места” (“safe places”), где можно было бы спрятаться от неприятных событий и неугодных ей мнений и персоналий, от нее, скорее всего, ничего не дождешься.      

Имена многих литераторов, описываемых в книге Батшева, мне незнакомы или знакомы только на слух, но их произведения я не читала. Начинаю делать закладки с заметкой: “Найти и прочитать”. Еще не добралась до февраля, а книга уже распухла от закладок. Это и “Стратегия антикоммунистической эмиграции” упомянутого выше Владимира Поремского; книги историка Пушкарева “Роль православной церкви в истории России” и “Россия в 19 веке”; а также произведения Бориса Зайцева, книг которого, к своему стыду, я не читала. Благодаря двухтомнику “Мой литературный календарь” теперь найду и прочту. 

Владимир Семенович Батшев приводит совершенно потрясающее письмо Бориса Константиновича Зайцева к молодежи (с.55), написанное более полувека назад, но не потерявшее своей актуальности и сегодня - да и не только для молодежи, но и для всех нас. “Несите в себе Человека, - призывает автор письма, - не угашайте его! Ах, как важно, чтобы Человек, живой, свободный, то что называется личностью, не умирал!... Это только свобода, отсутствие рабства… Да не потонет личность человеческая в движениях народных…”  И далее: “Если вы писатели, для вас главное - любить писание, и самим над ним и мучиться, и радоваться, ни с кем, ни с чем ни считаясь”.

В статье о поэте Иване Венедиктовиче Елагине (тоже, кстати, попавшем в мой список обязательного чтения), которого автор считает одним из лучших поэтов русского зарубежья, приводится его стихотворение “Передача”, в котором есть строчки о смысле и роли творчества в изгнании. Вот его последнее четверостишье:

 

          И быть может потому

Я хоть что-то значу,

                          Что всю жизнь несу в тюрьму

                          С воли передачу.

 

И как бы подхватывая эту мысль, Владимир Семенович восклицает: “...Друзья мои! Коллеги! Мои современники! Вчитывайтесь в эти слова! Задумайтесь, стоит ли тратить драгоценные глаголы на чепуху? Одна из наших задач - нести в тюрьму с воли передачу…”  Это - призыв всем писателям зарубежья, а в широком смысле - и вообще всем нам.

 

                                                                                                                                          США, ноябрь 2016