МИНОНА

(Саломо Фридлэндэр)

 

Из книги сонетов « Сто конфеток»

 

 

Сонет 44

 

Богачка тётка любит рыбные консервы.

А тут бурчанье после, бог мой, в животе,

И, где ни встанет — место мокро!

 Видно, те,

Кто произвёл их,

 отравить желают, стервы!

 

К тому ж: едва сия поправит нервы,

Вновь видит ночью: в коридора темноте

Свеченье, в коем (при её то слепоте)

Шестёрка гномов в масках

 (формой — червы).

 

Её связав, они её же пьют ликёр,

С неё ж за то беря «деньгу»!

Затем всей бандой

Она оставлена без чувств. И я не лгу,

 

Что в довершенье: каждый этот визитёр,

На деньги тётки лавр купив, гирляндой

Со смехом украшает «старую каргу».

 

Сонет 45

 

Всегда (и даже коли спит) была сигара

У шурина (один из двух) в губастой пасти.

Одет спортивно (без подтяжек),

 кудри в масти,

Поджар он был

 ( лишь взглядом, как с угара).

 

Под мышкой вечно у него была гитара.

Он — исполнитель серенад,

 чьи бодры страсти.

К тому ж за юбками охотник (но отчасти).

А вот таких и поджидает кара.

 

Да-с, паралич, и лишь зрачки горят от жара,

Лицо землисто, нос весь в корках,

 чернь по коже —

Портрет не вкуса моего, хоть одр в оборках!

 

Да так и надо похотливцам! С одного удара,

Его откладывая долго, рок сшибает всё же!

Да, смерть всегда играет на закорках!

 

 

Сонет 46

 

Залитый солнцем, но уставший жить, чудак

На озере вдруг со скамейки разом

Ныряет в омут и идёт ко дну (не водолазом)

И не без вопля перед тем — и это знак

 

Для офицера (он гулял поблизости, как всяк),

Кой прыгнул вслед, что посланный приказом,

И спас несчастного.

 Но тот с решительным отказом

Благодарить пощёчину влепил спасителю

 (и как!)

 

Что тот закукарекал.

 Правда, публика тут с ходу

Предприняла шаги всё ж:

 сим двоим налив коньяк

В тени, их подкрепив,

 засим: с «Господь, им помоги!»

 

Они, решить всё дабы,

 снова шатко входят в воду.

И оказался человек умней мартышки?

 Коли б так!

Как жаль, что после на воде

 лишь виделись круги!

 

 

Сонет 47

 

(Не всякая афера буднична для взора)

Раз лавровишневый стянул бедняга сок:

Бутылку сунул в свой сапог и наутёк.

Хотя по виду и не походил на вора.

 

А обворованный зашёлся весь от ора,

Когда к Суду люд татя поволок.

(У обвинителя цилиндр был высок!)

Повесить — было словом приговора.

 

Тать подчиняется судьбе:

 восходит на помост.

(Заря алей, совы крик над дубами...)

Но тут: жираф, беглец зверинца,

 из аллей,

 

Кой, вафлю дожевав,

 поджав свой хвост,

Вытягивает шею и, сверкнув зубами,

Петлю откусывает враз!

 Спасён сей дуралей!

 

 

Сонет 48

 

Из яблок яблочный готовят мусс.

Мы лакомились им в «Am alten Burg».

Вдруг на меня летит знакомец

 (подлость пург!)

С «Да ты ль?!» — и, как гранита брус,

 

Мне на стопу, и там стоит, не дуя в ус!

От боли я взываю: «Где ж ты, Демиург!»

(Мне зовы горя удаются —

 всё ж я драматург!)

А тот съязвил: «Из-за сапог?!» —

 войдя во вкус.

 

(Издёвка ся мне и поныне как укус!)

Стопа опухла, боль, как зверь,

 бросает в дрожь —

К мозольщику я (прям оттоль)

 вломился в дверь.

 

А всё — сей мусса яблочный искус!

(Он, кстати, «заиграл» во мне —

 на помощь кто ж?!

А вкус? Штаны меняю чаще я теперь.)

 

 

Сонет 49

 

Альп покорительнице угрожает фён,

А к победителям была причислена заране,

Имея опыт. Но теперь внутри её, в тумане,

Страх восстаёт, в ней вызав жуткий стон.

 

Ни вверх, ни вниз не может —

 страшный сон!

Тут здоровенный псих её

 (козёл в его капкане)

Спасает. Но в своей хибарке,

 грязь ей смыв на ране,

С её порвавшихся штанишек взгляд

 не сводит он.

 

Дух перехватывает у неё в груди,

Пот у него — они серее пепла из вулкана,

Вдруг лепит он свой рот прям на её роток —

 

И аккуратным поцелуем (без «уйди!»)

Тот отвечает — заживает рана!

«На ты» уж вскоре...

 ( В том — грешок? Порок?)

 

 

Сонет 50

 

Нередко не дойдут до школы

 два мальчишки:

Стоят с утра в Зоологическом саду

У кенгуру иль со скамейки на пруду

Бросают уткам завтраков излишки.

 

Вины не чувствуя,

 с портфелей «вышки»

Они сластями кормят какаду...

Там и находит их Учитель (на беду)

И напускает свой язык на их делишки.

 

На следующий день

 они стоят пред классом,

У сюртучков своих раздвинув полы,

И прям, как вектор, рядом сам Директор.

 

«Сейчас нас сторож навестит!» —

 он извещает басом.

Засим: багровые полоски

 кажут попки детям школы.

То контролирует на месте херр Инспектор.

 

 

Сонет 51

 

Кутила граф: белёсый щёк опал

(Знакомый тип?) с асессорским пробором,

Стал опускаться день за днём с позором

От пьянства — за бокалом вновь бокал!

 

Семейства сбор, а тут почти скандал —

Упился в стельку, даже под надзором.

Да, положеньице: свихнулся б с бреда ором,

Но вот спасенья лучик засверкал!

 

Леченья под конец (да б тягу превозмочь,

Подсказка чья ль?)

граф бдит в любовной вахте:

Её отец — миллионер! И вот развязка:

 

Развязная (дельца закваска) дочь

Ему всецело отдаётся на своей же яхте,

Отец смиряется. ( Неужто сказка?)

 

 

Сонет 52

 

Ох, девонька, коль с золотцем вдвоём

Ты будешь

 (яблонька в цвету прям у окошка)

И потревожена в постели будешь

 (нет, не кошка)

Нахальным, без понятий воробьём —

 

Не вскакивай, подумай всё ж о том, о сём,

Не то от сна лишь с пеной будет плошка,

Надень узду на прыть,

 чего скакать как блошка,

Побудь в кровати, терпелива, в неге дрём!

 

Смотри: имеет деток воробей,

Они чирикают про пудинг, а по сути

Позавтракать хотят: давай скорей —

 

С тобою ж рядом

 (как индус в рубахе), хоть убей,

Спит золотце.

А от него, коль станешь Mutti —

Будить судьба тебя со злобным будет «Эй!»

 

Полный текст в бумажной версии журнала.

Дополнительная информация