Нам пишут

 

 

Галина ХЭНДУС

 

 

 

Прочла «писательскую боль» Владимира Батшева, которую он назвал «Без обид» (ЛЕ 197) и что-то внутри дрогнуло. Вспомнила похожую историю.

 

Мне знакомо чувство, когда автор точно знает, что написанная в душевных переживаниях книга нужна читателю, но по разным причинам до него не доходит. И чем больше кручусь в книжном мире, тем больше убеждаюсь, что издателю нужно что-то намного больше, чем талант писателя.  

Когда вышла моя первая книга на русском языке, я тут же кинулась искать немецкого издателя, потому что была уверена, что гениальней и интересней ее другая такая же вряд ли сыщется. Каждый из моих коллег наверняка хоть раз да испытал подобное чувство. После нескольких десятков писем в самые разные издательства судьба устроила мне встречу в одном из них. Директор издательства принял меня лично, вежливо выслушал, сфотографировал для своего архива, рассказал, каким образом автор «Гарри Поттера» стала мировой известностью, а потом сказал примерно следующее: «Дорогая Галина, мне, честно говоря, совсем неважно, о чем и как написана ваша книга. Я бизнесмен и главное для меня – доходы моего издательства. Сегодня существует тенденция – читать книги известных людей. Если о вас напишут на первой странице одной из общенемецких газет – я сразу же возьму вашу книгу в работу. И совсем неважно, ЧТО будет написано – хвалебная статья или обвинение в мордобое, у вас уже будут свои читатели, а это – главное в нашем деле».

Прошло несколько лет, изданы новые книги, в немецкой печати появилось несколько заметок о моем творчестве. Моя книга новелл была переведена и пробные сто экземпляров разлетелись за три месяца по читателям. Опять радужные мечты, более ста толстых пакетов с пробами для чтения разосланы по немецким издательствам, и – вежливые ответы с отказами и пожеланием успехов...

В начале апреля по почте получаю из Берлина от уже подзабытого мною издателя письмо аж на трех листах. В нем он написал о трудностях издательского дела (очередное нытье успешных немецких бизнесменов), о конкуреции, нашла я там философские вставки о литературном процессе и осторожный намек на совместную работу на определенных условиях. Условия мне, естественно, понравились не очень. Думала я с неделю, потом позвонила – других-то предложений не было. Минут через пятнадцать откровенного разговора сказала, что с условиями согласна и издательство может готовить договор. Через две недели опять позвонила и сказала, что договор пока не получила. Директор сослался на большую занятость и обещал сделать на следующей неделе. С этого дня я звонила ему раз в неделю, потом уехала в отпуск, опять позвонила, затем и он ушел в отпуск.

Только в июле я поняла, в чем дело. Хотя мои новеллы с удовольствием раскупали немецкие читатели, которые и имени моего не слышали, издатель «вдруг» вспомнил, что я из России, а между Европой (читай: Германией) и Россией в настоящий момент не самые лучшие отношения. По некоторым едва уловимым моментам моих телефонных разговоров с ним сегодня я абсолютно уверена, что между нами встали политические игры наших стран. Мое русское имя оказалось красной тряпкой, которая весьма раздражает «целомудренных» берлинских господ. И если Владимиру Батшеву отказали в издании книги с формулировкой «Герой – антисоветчик», то мне отказали в почти подписанном договоре только потому, что в соседней с Европой Украине не вовремя началась война, к которой приплели и Россию. Но при чем здесь тогда мое русское имя и мои новеллы о добре, зле и человеческих отношениях?

Вопрос риторический и, к сожалению для меня, очень печальный.

Вот так. А вы говорите – инженер написал...

Дело-то в том, что и В. Батшеву, и мне отказали в издании книг только по политическим мотивам. И название страны в данном случае не играет НИКАКОЙ роли, потому что люди везде одинаковы. Но даже самым хорошим из них не стоит, на мой взгляд, мешать работу и политику, иначе сумма литературных талантов и Германии, и России окажется нулевой.

Дополнительная информация