Нам пишут

О смерти Лимонова

 

Владимир Батшев

 

Мне не жалко Лимонова.

Это был путинский подпевала, плохой писатель, сам себя он назвал «молодым негодяем». Когда-то он был молодым негодяем, а последние годы был негодяем старым.

Комплекс Растиньяка – то есть провинциала, штурмующего столицы, мешал ему. Он пытался всем доказать, что нет у него такого комплекса. Но из всех его произведений и поступков вылезал шустрый харьковский портной, мечтающий об одном – чтобы на него обращали внимание. А для этого можно и печку топить человечиной.

Приехав в Москву в конце 1960-х, он решил завоевать ее через…брюки. Он стал шить модные джинсы модным поэтам (Евтушенко, в частности). Думал, что таким образом войдет в литературу. Не получилось. Стишки оказались слабыми. Москва от него отвернулась. Тогда отправился завоевывать Америку. Но в США таких оказалось много, и он вернулся в Европу, чтобы дурачить французских простаков, эпатируя их коммунистическими лозунгами.

Черной неблагодарностью отвечал тем, кто ему помогал. Первый издатель его «Эдички»  (журнал «Ковчег») Николай Боков был просто уничтожен за эту публикацию. Лимонов не обратил внимания. «Нарцисс на асфальте», назвал его Боков. Другие называли его куском дерьма под ногами.

Многие завидовали популярности Лимонова (почитайте славословия в интернете!), панибратски называли его «Лимоныч», но это была зависть неудачников или вечных честолюбцев. Чему завидовать? Надписям в общественном туалете? Гэбэшному провокаторству?

Лимонов умер давно, существовал обычный комплексованный человечек Савенко, который причёсывал волосы и бородку «аля Троцкий»

В интернете кто-то из России замечательно отреагировал на смерть Савенко: «Ничего. У нас еще Прилепин остался».

Действительно, чего переживать.