Александр Урусов

Жизнь в плакате

 

В самом разгаре кампания по переизбранию президента Путина на очередной пятнадцатый срок (по опять новой конституции он, и только он, может избираться пятнадцать раз подряд), в разгаре кампания, но город пустой, все на картошке.

Иду по улице среди некогда сиявших стеклом и нержавеющим металлом небоскребов. Стекол уже почти не осталось, а нержавейка заметно проржавела. Вижу на заборе предвыборный плакат в жанре tableau vivant, то есть живых электронных картин в модном теперь стиле советского ретро, хотя время наше далеко уже ушло от советского прошлого, славного своим вкуснейшим пломбиром, о котором много рассказывали деды, и мы не устаем говорить им спасибо за эти воспоминания.

На плакате окруженная врагами нерушимая Россия, на вершине кремлевской башни моложавый пожилой Путин, который указывает на правильный Путь и на гиперзвуковые ракеты, которые этот Путь охраняют. Есть еще плавающие здесь же подводные лодки, ощетинились дубинками бравые росгвардейцы, ОМОН еле сдерживают своих лающих собак. Ревут в небе реактивные истребители. За лаем и ревом почти не слышно, о чем вдумчиво говорит вдаль президент. Но в подтверждение его слов высятся на плакате жизнеутверждающие башенные краны, домны, гигантские телевизионные антенны, нефтяные вышки и газовые колонки, элеваторы с комбайнами, которые российскую нерушимость обустраивают, засевают, помогают собирать валежник. Ненавязчиво звучит лирическая песня композитора Пахмутовой о новой конституции на слова Никиты Михалкова.

Есть, конечно, в плакате и поднимающиеся с колен российские жители, чем-то напоминающие тех, что в советских учебниках про происхождение человека от обезьяны тоже поднимались, но при этом были еще волосатыми с ног до головы и с лицами, никак не напоминающими нынешних жителей РФ. У этих лица хоть и усталые, но довольные, потому что они сквозь музыку Пахмутовой слышат порой слова президента о том, что времени на раскачку уже не осталось, и сразу после выборов будет осуществлен прорыв, чтобы войти в первую сотню мировых экономик. Впрочем, думаю с сожалением, лица встающих с колен на плакате чем-то все-таки напоминают тех, что про обезьян.

Хотя нужно отметить, что есть на плакате и совсем другие лица. Они почти незаметно расположились в углу плаката на верхней палубе красивой яхты за богато накрытым столом. Там и черная икра, и лобстеры, и шампанское “Дом Периньон”. И одеты эти лица богато, и вид у них довольный, несмотря на чрезвычайную полноту телосложений. Занятые лобстерами, вряд ли они внимательно слушают дорогого своего президента про раскачку и прорыв.

Увидел и услышал я все это, порадовался за участников представления — все-таки какую никакую, а денежку срубили, но желания войти в этот плакат (а такая возможность теперь есть у любого, проходящего мимо) как-то не возникло. Нет, не войду. Дел много, да к тому же завтра мне тоже ехать на картошку.